Алексей Улюкаев: «Авитаминоз»

6 февраля, 2015 в 2:04
А.Улюкаев.Авитаминоз

«Мельком удивились, нехотя вчитавшись: думали — баланс, а это амфибрахий…». Примерно так свежая публика, впервые узнав о существовании поэта Алексея Улюкаева, реагирует на его тексты. А между тем для министра экономического развития поэзия занятие давнее и любимое, стоящее на втором месте после дел финансовых и экономических.

Первая публикация прошла еще в советское время в ҺСтуденческом меридианеһ. Потом были поэтические сходки, увлечение Мандельштамом, Пастернаком, Бродским… Но тут времена круто поменялись. В стране грянули перемены, началась перестройка, а за ней — гайдаровский призыв и годы очередного великого перелома. Отдавать дань музам сделалось немодно. Это перестало быть достойным занятием для всех, кроме профессиональных литераторов. Куда более важной казалась заморозка и разморозка кредитов, проведение траншей и прочая финансовая каббалистика. Но так уж устроен Алексей Валентинович, что расстаться до конца с любимым занятием он не может. Поэзия цифр не смогла заглушить музыку рифм. Финансист не наступил на горло поэту, а лишь сделал вид, что тот куда-то отлучился. И вот ушли годы, когда алгебра реформ, что ни день, поверялась поэзией революции. Пришло время алгебры стиха. И поэт Алексей Улюкаев вновь заявил о себе. Кстати, еще будучи гостем в ҺШколе злословияһ, Улюкаев признался приятным во всех отношениях дамам Татьяне Толстой и Авдотье Смирновой, что не очень-то любит терпеливо отделывать строфы, оперять рифмы, выстраивать ритм. Чаще всего он передает бумаге музыку стиха в едва ли не первозданном виде. Тем более удивительно, что в стихах Улюкаева немало строф, отличающихся продуманностью формы, не исключающей, впрочем, их простоты. Это было заметно в предыдущем сборнике ҺЧужое побережьеһ, ощутимо и теперь, в ҺАвитаминозеһ:

…Не отнимай своей руки,
Пусть музыка не рвется,
Пусть муравьи и пауки
И все рогатые жуки
Живут. Начнется бег реки
С бездонного колодца.

Но даже эта внешняя простота может таить в себе множественную перекличку голосов: Улюкаев в бездонном поэтическом пространстве переговаривается то с Бродским, то с Тарковским, то с Пастернаком. А порой удивляет лирическими перелетами от Кушнера к Стругацким:

Времена не выбирают…
…Дичь выбирает гончую,
Век — свои хищные вещи.

Что же касается Александра Кушнера, одного из лучших представителей питерской школы, то с ним Улюкаев с готовностью вступает в открытую поэтическую полемику (Времена не выбирают, выбирают эпохи. / Умирают в преддверие рая дураки и дурехи.).

Порой автор решается на весьма рискованные сопоставления — например, сравнивает перекрестье оптического прицела с Распятием. Его лирический герой восклицает: ҺАвва Отче, не гони меня…һ — а речь идет просто-напросто о солдатике, который не хотел Һидти во солдаты из отчей хатыһ (ҺПулеметыһ).

В других текстах лирический герой Улюкаева может вдруг обрести интеллектуальную сложность, утешаться поэзией и философией, а потом неожиданно признаться, что его влечет океанский серфинг и он мечтает стать Һсамым глупым и самым ловким от прибоя Канака до прибоя Вахинеһ, чтобы Һрассказывать всем, как серфил по волнам с гавайкамиһ.

Завершается сборник вполне закономерно — мотивом счастливого отцовства. О заливах и Һзаиленных островахһ, как и Һсотни сказок веселых и страшныхһ, герой Улюкаева рассказывает своим детям, заодно жаря картошку на кухне. И берет с них обещание быть счастливыми.
http://www.itogi.ru/arts-kniga/2013/43/195352.html

6 февраля, 2015 Главные новости

Добавить комментарий

*